Всё началось с того самого момента, когда две давние подруги — Елена и Ольга — устроили себе чаепитие в хрущёвке, где запах книг смешивался с ароматом старого дивана и воспоминаний о студенческих годах. Елена, женщина серьёзная и уважаемая, директор гимназии, вдруг решила открыть душу: «Не понимаю я свою Катю.
Спит целыми днями, будто ей кто-то гипноз включил. Ест за троих, а разговаривать с ней — как на китайском пытаться объясниться». Ольга, которая давно уже смекнула, что подростки нынче — это не просто дети, а почти агенты спецслужб в вопросах взросления, посмотрела на неё поверх очков и спросила: «А ты живот-то у Кати проверяла? И грудь?»
Наверное, всем нам в детстве говорили: «Не дружи с плохими мальчиками и девочками». Ну а я, как истинный герой комедийных сериалов, всегда тянулся именно к тем, кто чуть похуже меня. Вот кто-то в учебе буксует, кто-то на уроках больше шума поднимает, чем знаний получает — и я, словно благородный рыцарь без страха и упрека, бросался им на помощь. Иногда приходилось становиться живым щитом за тех, кого все обходили стороной.
Нина сидела на кухне, уставившись на остывший телефон, словно тот мог вдруг ожить и рассказать ей что-то по-настоящему интересное. За окном стемнело, холодильник гудел монотонно, напоминая старый радио в стиле «только для самых стойких».
Когда в три часа ночи в дверь моей квартиры постучали, я подумала: ну всё, сейчас начнётся — кто-то забыл ключи или сосед решил устроить ночной концерт на балалайке. Но оказалось, что это не сосед с балалайкой, а моя сестра Лена с одной сумкой и лицом, словно её только что сбила трамвай.
Ну, представьте себе: Сергей, наш семейный критик и мастер колких шуток, заметил у Ани пакет с продуктами, у которого оторвались ручки. И не удержался: «Ну что ж ты у меня такая неумеха, ни на что не способна. Тут уж вряд ли чем-то помочь можно!» — сказал он с видом человека, который только что изобрёл колесо, а жена опять умудрилась за него споткнуться.
До декрета я была настоящим трудоголиком: зарабатывала хорошо, любила работу и чувствовала себя почти супергероем в юбке с ноутбуком вместо плаща. График был понятный, задачи — ясные, зарплата — приятная, и ощущение собственной значимости зашкаливало. Муж тоже не отставал по стабильности, поэтому мы жили без постоянных подсчётов копеек и могли позволить себе пятничный ужин на вынос, как настоящие гурманы.
С подросткового возраста я была той самой девчонкой, которая пыталась понравиться всем. Видимо, внутренние комплексы у меня были нешуточные — хотелось внимания, особенно мужского. Ну вы понимаете, как это бывает: в душе ты как котёнок, который мяукает и пытается залезть на колени к каждому прохожему.
Я владею миллионами. Да-да, не просто копейками, а настоящими миллионами! Эти деньги могли бы купить мне целый мир, а я продолжаю ходить в старой выцветшей одежде и штопать носки, словно бабушка в деревне. Нет, это не игра такая — это моя секретная броня, чтобы те, кого я люблю, не подумали, что я ходячий банкомат с ногами.
Привет, мои дорогие! Вы на канале «Женские истории», и сегодня у нас рубрика «Истории любви» — то есть всё то, что заставляет наш пульс биться чаще, а сердце — петь серенады в душе.
В первые недели после того самого поцелуя у подъезда Лиза жила словно в фильме, где обычный день вдруг накрывает невидимой, но очень уютной плёнкой. Представьте себе: она ходит в школу, делает домашку, спорит с папой о том, что какао с корицей — это святое (а папа упирается как старый кот), помогает маме раскладывать вещи в шкафу — и всё вроде как обычно. Но внутри у неё поселилась одна странная привычка — ловить себя на мысли: «А как он? Что он сейчас делает?