— Мам, ну давай хоть на полгодика, — умоляла Лена, глядя на меня так, будто я последний кусок пирога на столе. — Ей одной тяжело, квартира холодная, отопление как в холодильнике. А у нас в зале всё равно места полно.
Я же стоял у плиты и мешал чай, пытаясь не выдать своего внутреннего «О боже, что я натворил?».
За окном февральский снег тихо падал, а на кухне пахло свежим пирогом — единственное спокойствие в этом хаосе. Моя жена смотрела на меня с такой надеждой, что отказать было невозможно. Ну знаете, как в анекдоте: «Муж говорит жене: «Дорогая, я не могу тебе отказать.» Жена отвечает: «Вот и хорошо!»»
— Ладно,— сказал я наконец.— Пусть переезжает.
Лена обняла меня и целовала так радостно, что я подумал: «Ну всё, теперь точно весело будет».
И правда — через пару дней появилась тёща Галина Фёдоровна с тремя сумками и коробкой фиалок. «Я ненадолго», — сказала она на пороге. Месяца на три максимум. Я тогда подумал: «Три месяца?
Это ж как три года в горах!»
Семь лет мы жили вдвоём с Леной как два счастливых пенсионера без детей — работали, смотрели сериалы и ездили к родителям на дачу. Всё было спокойно и предсказуемо до марта. Первая неделя с тёщей прошла почти гладко: она расставила фиалки так аккуратно, что даже кот их не трогал; готовила обеды; запах борща стал новым ароматом нашего дома.
Лена была счастлива — приходила с работы и ныряла в уют домашнего тепла.
Но потом началось… Галина Фёдоровна стала осваивать территорию по принципу генерала после победы. Банки с крупами были переставлены «логичнее», полотенца повешены там, где сушились лучше (то есть там где мне неудобно), а мои ботинки вдруг оказались врагами порядка.
— Игорь,— спросила она однажды вечером,— а ты зачем ботинки в прихожей оставил?
— Так я всегда так делаю.
— Но они место занимают!
Лучше на полку убрать.
— Это мои ботинки… В моей квартире…
Галина посмотрела на меня как будто я только что признался в том, что ем суп из пакетика по ночам.
— Я просто хочу порядок навести!
Лена выглянула из комнаты и сказала то самое волшебное: «Игорь, мам права.»
Вот тут-то я понял — война за пространство объявлена открыто. Убирать свои ботинки пришлось молча.
А через пару дней был эпизод со спортом. Суббота, футбол по телевизору — святое дело для любого мужчины после трудовой недели.
Сел я значит удобно на диванчик наш любимый (который уже начал казаться слишком узким для моего достоинства). Включил матч — тут входит тёща с тряпкой:
— Игорёк, а ты не мог бы посмотреть футбол в другой комнате? Мне пыль вытереть надо здесь.
Я посмотрел на неё и вспомнил старую шутку: «Жена говорит мужу: «Ты меня слушаешь?» Муж отвечает: «Да-да».
Потом спрашивает у друга: «Ты когда-нибудь слушаешь жену?» Друг отвечает: «Нет… Но иногда делаю вид.»»
Я позвал Лену:
— Скажи маме прямо — субботний футбол только здесь и сейчас!
Лена вздохнула и предложила компромисс:
— Подвинься в спальню.
Так я оказался смотреть футбол на маленьком экране старого телевизора из спальни… Злость медленно росла внутри меня как тесто перед выпечкой пирога — вот-вот взорвётся!
Апрель принес нам разговор о завещании от самой Галины Фёдоровны:
— Леночка,— сказала она,— надо к нотариусу сходить оформить всё заранее. Ты же единственная дочь…
Потом начала предлагать продать квартиру и вложить деньги куда-то там… Расшириться до трёшки!
Я почувствовал себя героем классической комедии про семейные баталии:…