За кулисами Большого зала Московской консерватории царила такая предпремьерная суета, что даже Моцарт в гробу, наверное, бы подскочил от удивления.
Елена Захарова, одетая в костюм Мэри Поппинс — да-да, той самой няни с зонтиком и волшебной сумкой — уже нанесла грим и пыталась не уставиться на маленькую балерину в пачке у стены. Эта миниатюрная фигурка была её дочуркой Майей, восьмилетней звёздочкой семейного театра, которая разминаясь, явно готовилась покорить мир. Через пару минут они должны были выйти на сцену вместе — мама и дочь — словно дуэт из голливудского мюзикла.
Внезапно Майя подбежала к маме и шепнула: «Мама, я не боюсь».
Если бы кто-то снимал это на видео, то стоило бы добавить эффект замедленной съемки и музыку из романтического фильма. В этот момент Елену пронзила такая острая волна счастья, что дыхание буквально перехватило. Она обняла девочку и вспомнила другую девочку — ту самую из прошлого, которую никогда не смогла обнять.
Вот так иногда прошлое тихо сидит в углу души и шепчет: «Эй, помни меня!», а настоящее становится еще ярче.
Карьера Елены могла пойти совсем по другому сценарию. В 90-е она была рыжеволосой девушкой с взглядом настолько пронзительным, что можно было подумать – она читает мысли прохожих.
Молодая и амбициозная, она получила заманчивое предложение стать моделью за границей — Милан, Париж — звучит как начало приключенческого романа! Но внутренний голос подсказал: «Нет-нет-нет! Ты актриса!» И она отказалась от блестящей жизни на подиуме ради сцены.
Как говорится: «Лучше быть звездой сцены, чем манекеном без души». Этот отказ стал первым шагом к настоящему себе.
Но путь к актерству был похож на катание на американских горках без ремней безопасности. Первая попытка поступить в театральный институт закончилась громким провалом — будто кто-то выключил свет прямо перед выходом на сцену.
После этого дни казались серыми и скучными как советский учебник по математике. Но судьба любит играть в прятки: друзья позвонили ей почти шутя и сказали: «Лена, иди на пробы на киностудию!» Она пошла почти из любопытства… И тут помощник режиссера просто сказал: «Заходи».
Так началась её киноистория с первой роли в сказке.
Это был скромный старт – но главное было другое: вера в себя. С этой верой она поступила в Щукинское училище в мастерскую Евгения Симонова — где учат не просто играть роли, а проживать их всей душой.
На съемках сериала «Дальнобойщики» она падала по-настоящему — кожа содрана о гравий! Кто-то скажет: зачем?
А кто видел настоящий сериал знает – фальшь не прощается зрителем! Помню анекдот: актер после падения говорит режиссеру – «Я упал так натурально, что теперь колено просит гонорар отдельно».
Настоящая известность пришла к ней с ролью учительницы влюбленной в ученика в сериале «Кадетство».
Лицо стало узнаваемым не хуже логотипа любимого бренда шампуня! Потом были съемки за рубежом – Япония встречала ее рекламными плакатами косметики (видимо решили добавить немного русской загадки к своим товарам). Там она играла шпионку и мучительно заучивала реплики на японском языке – смелее любого туриста с путеводителем!
С виду казалось – вот оно счастье карьеры достигнуто! Но сердце Елены грело желание куда более земное – простое женское счастье: семья, ребенок и дом с детским смехом вместо камер и софитов.
Она не устраивала ток-шоу о личной жизни – мечтала тихо и глубоко.