— Мам, а почему у нас тут обуви больше, чем в магазине «Обувь на любой вкус»? — мой сын Дима остановился в дверях и посмотрел на меня так, будто я должна была сейчас объяснить, что мы собираемся открыть филиал обувного супермаркета. — У нас гости?
Или мы теперь пункт приёма обуви?
Я тоже остановилась. Мы только что вернулись с его школьного мероприятия: у меня в руках куртка Димы, пакет со сменной обувью и какая-то бумажная поделка, которую он тащил до подъезда, а потом сдал мне как трофей после марафона.
Я планировала поставить чайник, переодеться и похвалить сына ещё раз за его выступление — ну, чтобы он не вырастал слишком скромным. А тут прихожая выглядела как сцена из фильма ужасов про нашествие туристов: две пары чужих кроссовок устроили вечеринку с женскими ботинками и детской обувью, а посреди прохода красовался большой дорожный чемодан — явно не для того, чтобы просто стоять.
Из кухни доносились голоса. Дима уцепился за мой рукав так крепко, что я почти почувствовала себя героиней боевика. В этот момент из кухни вышла женщина с моей кружкой — да-да, именно той самой белой кружкой с трещиной у ручки, которую я берегла как семейную реликвию.
Она улыбнулась так широко, будто мы вчера вместе ходили в караоке и пели «My Heart Will Go On». — Ой, ты Оксана? Я Рената!
Мы виделись у тёти Тамары на юбилее. Помнишь?
Помню-помню… помню только то, что тогда они сидели на другом конце стола и спорили о ценах так громко, что салат пришлось передавать через весь зал три раза. Общаться особо не довелось — каждый жил своей жизнью: они спорили о стоимости огурцов на рынке, а я боролась с желанием съесть весь торт сразу.
— Здравствуйте… — я машинально сняла ботинки и посмотрела мимо неё в кухню.
За столом сидел мужчина в кофте (классика жанра), перед ним тарелка с сыром (моим сыром!), открытая банка красной икры (моей икрой!) и конфеты из верхнего шкафа (моими конфетами!).
Рядом молодой парень листал мой ноутбук так уверенно, словно это был его личный дневник. Младший ребёнок Ренаты игрался с машинками Димы.
— Мы приехали! — легко сообщила Рената. — Тётя Тамара дала ключи.
Сказала поживёте у Лёни с Оксаной: квартира трёхкомнатная, места много.
— Поживёте? — я попыталась осознать происходящее.
— Ну да! Нам недели на три. Старший поступает: документы туда-сюда… понимаете же!
Дима уже убежал в комнату и вернулся с красным лицом:
— Мам… мой конструктор разобрали!
Младший сын Ренаты поднял глаза от машинок:
— Я просто смотрел…
— Ты башню сломал!
Мужчина махнул рукой:
— Это же пластмассы!
Я медленно сняла куртку… очень медленно… как будто готовилась произнести речь на вручении Нобелевской премии по терпению.
— Закройте ноутбук!
Старший парень поднял глаза:
— Я только в сеть зашёл…
— Это мой рабочий компьютер!
Закройте!
Он усмехнулся и откинулся назад:
— Да я ничего не трогал…
Рената поставила кружку на стол и чуть развела руками:
— Оксана, ну чего вы сразу напряглись? Мы же не чужие!
Вот это «не чужие» ударило глубже любого боевого приветствия!
Чужие хотя бы звонят заранее… А эти уже устроились как дома: холодильник открыт (мой йогурт теперь их йогуртом), конфеты исчезают быстрее света, а ноутбук стал общедоступным ресурсом.