Тане было восемнадцать, и казалось, что жизнь только начинается — ну, если не считать тройки в аттестате, которую она заработала, думая не о формулах и датах, а о том, как жить дальше с этим маленьким сюрпризом внутри. Представьте себе: ты заканчиваешь школу, а внутри тебя растёт кто-то совершенно незваный — словно нежданный гость на новогодней вечеринке, который пришёл без приглашения и уже раскладывает свои тапочки на диване.
Всё началось в мае, в тот самый момент, когда тёплое солнце заставляет задуматься о романтике и новых знакомствах. У соседки сверху — тёти Нины — приехал сын из Москвы.
Студент престижного вуза, двадцати двух лет от роду, с глазами такими уверенными, что у Тани аж сердце забилось быстрее. Ну знаете, как у тех героев сериалов про успешных людей из больших городов: ходят они по кафе в дорогих ботинках и так уверенно говорят «я знаю чего хочу». Таня смотрела на него с таким восторгом, будто он прилетел к ней не из Москвы, а из другой планеты.
Однажды вечером он пригласил её погулять. Таня согласилась — ведь кто устоит перед приглашением от героя из столицы?
Они шли по парку, потом зашли к нему домой — квартира пустовала (тётя Нина уехала на дачу). Таня думала: «Ну сейчас посмотрим фильм или поболтаем».
А он… ну скажем так: его планы оказались менее кинематографичными и более драматичными. Он взял её силой. Таня кричала — но ему удалось заткнуть ей рот рукой и предупредить: «Никому не говори! Иначе будет хуже».
На следующий день герой уехал сдавать сессию и больше не вернулся. Вот тебе и любовь с первого взгляда!
Таня молчала. Жалела соседку — тётю Нину одну растила сына; жалела себя — стыдно же!
Кто поверит девочке из провинции? Через два месяца она поняла: беременна.
Экзамены провалила (а как тут учиться с таким грузом на душе?), университет закрыт для неё навсегда — она лежала на сохранении.
Мать узнала об этом в конце лета и превратилась в настоящую бурю эмоций: ругань лилась рекой сильнее любой грозы; обвинения летели со скоростью пуль; требование назвать отца звучало как допрос агента ФБР. Таня молчала — потому что знала правду и боялась сказать вслух.
Мать пила по выходным; когда трезвая — ходила злая и молчаливая; когда пьяная — превращалась в громкую истерику с привычным набором слов: «Ты кто после этого? Дрянь! Нагуляла неизвестно от кого!» Отец сидел у телевизора — мастер невидимки семейного фронта.
Таня пыталась найти работу… Но куда ни шла – отказ.
В кафе сказали: «Извините», в магазине улыбнулись сквозь зубы: «Не подходит», на почте просто пожали плечами. Причина была ясна между строк – беременность портила всю картину идеального кандидата.
И вот настал декабрь – пора чудес… или катастроф?
Таня сидела на кухне с чашкой чая; мать ворвалась пьяная с криками про позор семьи и требованием назвать того самого «урода». Сцена напоминала худший эпизод мыльной оперы – мама кричит так громко, что соседи наверняка звонили в полицию пару раз за ночь.
Таня попыталась уйти от конфликта – но мать загородила путь словно охранник ночного клуба перед входом VIP-гостей: ни шагу назад! Руки матери дрожали от злости; слова летели как град камней; запах перегара смешивался с отчаянием девушки.
И тут случилось непредвиденное – резкая боль пронзила живот Тани; тёплая жидкость начала заливать пол… Тут бы можно вставить классическую фразу из комедийного сериала: «Ну всё!
Теперь точно всё пошло наперекосяк!» Но это был не юмор – это была реальность.