– Люд, смотри-ка, кто всплыл из глубин соцсетей!
– Тоня тыкнула пальцем в телефон, словно показывая на редкую экзотику в зоопарке. – Помнишь Витю Самойлова?
Людмила оторвалась от кухонного шедевра – сковородки с тушеными овощами и запахом домашнего уюта. Сердце ёкнуло: конечно, помнила. Как же забыть того парня из выпускного класса, который читал стихи и собирал полевые цветы так, будто готовился к роли в романтической драме?
Витя был тем самым юным романтиком, который обещал покорить мир и пригласить её в путешествия по далеким странам. Но вот беда: после полугода писем и звонков связь куда-то испарилась. Как будто его проглотил серпуховский завод или сам черт.
Нина сидела на кухне, уставившись на остывший телефон, словно тот мог вдруг ожить и рассказать ей что-то по-настоящему интересное. За окном стемнело, холодильник гудел монотонно, напоминая старый радио в стиле «только для самых стойких». Пустая квартира была настолько тихой, что даже тараканы, наверное, задумались — не пора ли устроить вечеринку.
До декрета я была настоящим трудоголиком: зарабатывала хорошо, любила работу и чувствовала себя почти супергероем в юбке с ноутбуком вместо плаща. График был понятный, задачи — ясные, зарплата — приятная, и ощущение собственной значимости зашкаливало. Муж тоже не отставал по стабильности, поэтому мы жили без постоянных подсчётов копеек и могли позволить себе пятничный ужин на вынос, как настоящие гурманы.
С подросткового возраста я была той самой девчонкой, которая пыталась понравиться всем. Видимо, внутренние комплексы у меня были нешуточные — хотелось внимания, особенно мужского.
В первые недели после того самого поцелуя у подъезда Лиза жила словно в фильме, где обычный день вдруг накрывает невидимой, но очень уютной плёнкой. Представьте себе: она ходит в школу, делает домашку, спорит с папой о том, что какао с корицей — это святое (а папа упирается как старый кот), помогает маме раскладывать вещи в шкафу — и всё вроде как обычно.
Виктория не спала всю ночь, словно сова на лекции по анестезиологии — глаза открыты, а мозг уже где-то на пляже в отпуске. С вечера она крутилась в постели, как кот, который пытается найти самое удобное место на диване, чтобы поспать.
Молодой человек Максим, как обычно, стоял в супермаркете перед полкой с продуктами и пытался понять, зачем людям столько видов масла. Ведь масло – оно и в Африке масло, подумал он. И тут раздался женский голос: «Молодой человек, вы не поможете мне достать вот ту банку с маслом?» Максим обернулся и увидел перед собой блондинку с улыбкой, которая могла растопить даже самый суровый мороз.
В Одессе, городе, где даже воздух пропитан юмором и музыкой, жил-был парень по имени Виталий — он же Витас, будущая звезда с голосом, который мог бы заставить даже каменную статую пустить слезу.
Ах, школьная любовь — это как первая попытка приготовить борщ: вроде знаешь рецепт, а выходит что-то странное и непредсказуемое. Моя история началась с одноклассника Артёма. Мы давно симпатизировали друг другу, но были слишком стеснительными, чтобы признаться.
Ирина вернулась домой поздно, словно герой эпопеи про заблудшую принцессу, только вместо дракона у нее в голове гудели отчеты и планерки, а вместо золотого меча – туфли на острых каблуках, которые с радостью были сброшены в прихожей. «Андрей, я дома!» — провозгласила она, словно капитан корабля, возвращаясь на родную пристань. В воздухе витал аромат чего-то необычного — обычно ее муж был мастером кулинарных шедевров уровня «макароны с сосисками», и тут вдруг такое буйство гастрономии!