Калитка скрипнула так, что у Веры чуть не выпрыгнули глаза из орбит — и ящик с рассадой она еле удержала. Словно в старом фильме ужасов: «Скрип! — и ты уже герой драмы».
Обернулась, а там — дочь Ольга, шагом решительным, как будто на войну идёт, а не домой после командировки. «Мам, нам надо поговорить», — бросила она с порога так холодно, что Вера подумала: ну всё, сейчас будет что-то серьёзное.
И ведь правда, Оля никогда просто так не говорила.
Вера поставила рассаду на веранду и вытерла руки о передник — тут же вспомнила анекдот: «Жена говорит мужу: “Ты зачем руки вытираешь о передник?!” Муж отвечает: “А куда деваться? На рукавах грязь!”» Вот примерно так и она — старалась держать себя в руках. Попыталась улыбнуться: «Проходи, чай поставлю».
Но Оля была непреклонна: «Не надо чая. Я приехала не на огород смотреть».
И тут начался разговор про дачу — тот самый домик с участком, который строили тридцать лет назад. Где каждое дерево посажено руками мужа Веры… Но теперь эта дача стоила целых четыре с половиной миллиона рублей! Да-да, земля золотая, скоро коттеджный поселок построят.
Соседи уже цены подняли до пяти миллионов. А Вера стояла с рассадой в руках и думала: «Если бы я знала раньше, что у меня золотой участок — давно бы там торговый центр построила!»
Оля предложила продать дачу и поделить деньги пополам с братом Денисом. Денис свои кредиты закроет, Оля ипотеку погасит… А мама пусть живёт в квартире в городе и приезжает лишь на выходные ковыряться в земле.
Тут Вера чуть не расплакалась — ведь для неё этот дом был как музей семейной истории! Но дети твердо решили иначе.
Пришёл Денис — младший сын — весь измученный жизнью бизнесмена-неудачника с долгами по уши. Он рассказал про обман партнёра и кредит на три миллиона рублей.
Если не отдадут до осени — квартиру отберут. А Вера смотрела на него и думала: «Ну вот опять… Если бы у меня были суперспособности финансового гуру…» Но денег своих нет ни у кого.
Оля же уже планировала поездку мамы в санаторий за счёт её доли от продажи дачи. Вера слушала это всё и вспоминала старую шутку: «Мама говорит сыну: “Ты хоть раз подумай о моей пенсии!” А сын отвечает: “Мама, пенсия – это когда ты уже ничем не думаешь.”» Вот примерно так сейчас чувствовала себя Вера.
Она вышла на веранду, уселась в кресло-качалку мужа (тот сам его сколотил из досок) и взялась за рассаду – поливать ростки нужно было обязательно, чтобы хоть что-то оставалось живым среди этих перемен.
Дети ушли через час без её согласия – видимо решили подписывать документы без мамы – как говорится, семья есть семья… Но Вера осталась одна со своими растениями и воспоминаниями о том времени, когда дача была больше чем просто недвижимостью.
Вот такой вот семейный сериал получился – со скрипучей калиткой вместо драматичной музыки и рассадой вместо слез (почти).
Ведь иногда жизнь напоминает анекдот про то, как бабушка продаёт дом детям ради их счастья – а они счастливы только тогда, когда получают деньги наличными. Ну ничего!
Главное – чтобы хоть рассада живая осталась!