Жила-была в Луговом Дарья — женщина с характером крепче, чем паркет в её любимой однушечке на окраине областного города. Дом у неё был — не дом, а сказка с резными наличниками, которые сами по себе могли бы рассказать пару историй, если бы умели говорить. Но счастье Дарье было как Wi-Fi в деревне: вроде есть, но ловит плохо и постоянно пропадает.
Муж её, видать, решил проверить теорию относительности на практике — запил и ушёл к другой женщине ровно тогда, когда дочке Аленке исполнилось семь лет. Вот так сюрприз!
Осталась Дарья одна с двумя руками работящими и сердцем материнским — ну прям как супергерой без плаща, только с ведром и тряпкой.
Аленка росла девочкой тихой и задумчивой — такой, что если бы она была книгой, то точно была бы «Войной и миром»: много страниц, но читать надо аккуратно и с перерывами. Девочка помогала матери по хозяйству больше всех своих сверстников вместе взятых.
Дарья радовалась ей так, что соседские коты завидовали: мол, вот это настоящая любовь! Только беда была одна — здоровье Аленки напоминало старенький телефон без зарядки: батарейка садилась быстро. Зимой кашель доводил до рвоты (медицинская романтика), весной лихорадило так, что даже комары отказывались кусать — не хотят болеть!
Врачи разводили руками и говорили: «Иммунитет слабый», а Дарья берегла дочку как зеницу ока. Иногда казалось, что она сама больнее всех переносит эти болезни — ноги гудят после работы на ферме, плечо сводит от тяжестей, а дома первым делом чай с малиной варит и сказку читает перед сном.
Главной опорой Дарьи была квартира в областном городе — однушка возле автовокзала с такими толстенными сталинскими стенами, что если бы туда забросить камень из прошлого века, он бы наверняка раскрыл секреты войны и голода.
Квартира досталась ей от бабушки Аленкиной — той самой женщины из легенд семейных преданий. Но жить в этой квартире оказалось дороже золота: коммуналка росла быстрее борщевого набора продуктов на рынке. Зарплата же на ферме была настолько маленькой, что можно было подумать: платят за воздух или за моральное удовлетворение.
Дарья посчитала все свои копейки (а потом ещё раз пересчитала) и решила переселиться в деревню — в мужнин старый дом после развода.
Там хоть печь дровами топи да огород свой копай — картошка своя вкуснее любой импортной! Жизнь заставила сделать шаг назад к природе: «Ну ничего страшного», думала Дарья, «главное – чтобы Аленка не мерзла».
Квартиру же сдавать стало настоящим спасением для семьи. Подобрались жильцы идеальные: семейная пара тихая да платежеспособная.
Деньги капали на карточку регулярно словно дождик весенний после долгой засухи. С этих денег оплачивали лечение Аленкиных простуд (которые были почти как сезонные распродажи), покупали одежду и даже нанимали репетиторов для учебы дочери.
Аленка выросла умницей-золотушкой: школу окончила с медалью (золотой!), поступила в институт на врача – мечта каждой мамы! Первый год держались на картошке мешками да яйцах соседских – экономили каждую копейку.
Но тут подкралась беда – после первой сессии дочь сняли с бюджета из-за принципиального преподавателя-«демона» (тот еще персонаж). Говорят студенты про таких шутят: «Если хочешь стать врачом – сначала вылечи своего профессора». Дочь просила мать не шуметь в деканате – молча затянули пояса потуже.
И вот звонок ночью на старенький кнопочный телефончик Дарьи – тот самый аппарат из эпохи динозавров мобильной связи:
— Мамочка! Срочно нужны деньги за учёбу!
Если через месяц не оплатишь – меня отчислят!