— Коля! Ей опять деньги нужны!
У меня планы рушатся! — раздался в квартире голос, похожий на сирену пожарной машины в час пик.
Николай Максимович, наш герой и вечный борец с семейными кризисами, уже мысленно искал убежище в Антарктиде или хотя бы у соседа — там хоть телевизор не включают после десяти. Но нет, вместо тишины и покоя в его скромное жилище ворвалась супруга с выражением лица, будто она только что узнала, что холодильник опустел, а магазин закрыт навсегда. Следом за ней с видом обиженной пантеры влетела дочь Катерина — та самая, которая считает отца чуть ли не главным виновником всех своих жизненных неурядиц.
— И не нужно прятать лицо, слышишь! — выхватила у мужа подушку Елена.
Николай попытался спрятаться за ней, как черепаха в панцирь, но это было примерно так же эффективно, как прятаться от налоговой инспекции под столом.
— Папа, ты должен сказать ей! — требовательно трясла его Катерина. В этот момент Николай почувствовал себя героем старого анекдота: «Мужик приходит домой после работы. Жена ему: «Ты где был?» Муж отвечает: «На работе».
Жена: «А почему нос грязный?» Муж задумчиво: «Наверное, на работе.»»
Наконец отец семейства взорвался громогласным: «Как же вы меня все достали!» и рванул на улицу так стремительно, что соседи подумали — опять пожар или очередной рейд коммунальных служб. На улице было холодно и снежно — зимний вечер напоминал сцену из мелодрамы про несчастного героя и его вечные страдания.
Сев на лавочку и наблюдая за падающими снежинками (которые таяли прямо на голове — символ эфемерности мужских надежд), Николай задумался о бегстве из этого дома диких зверей под названием семья. Мать жила далеко за городом; друзья?
Ну да, те самые приятели из офиса — они больше любят обсуждать футбол и новые сериалы, чем спасать отчаявшегося коллегу от семейных бурь.
И тут рядом появился дед Егор с собакой по имени Шпулька. Черно-белая дворняжка выглядела так умиротворенно, как будто знала все секреты вселенной и даже пару женских тайн. Дедушка был местной легендой: люди считали его слегка чудаковатым — он разговаривал с собакой вслух!
Представьте себе: старик спрашивает у Шпульки куда она хочет пойти гулять, а потом кивает головой в знак согласия с её невысказанным ответом. Это было похоже на сцену из комедии про сумасшедший дом для пожилых.
— Что-то твои женщины опять буйствуют?
— спросил дед с улыбкой.
Николай хотел ответить сарказмом вроде «Если бы ты знал», но вместо этого вздохнул и рассказал о своей семейной драме. Он говорил о том, как любовь плавно превращается в бытовуху; как жены из нежных фей вдруг становятся требовательными финансовыми контролёрами; а дети начинают вести себя так нагло, словно завтра им платить зарплату будут лично Дед Мороз и Санта-Клаус одновременно.
— Знаешь,— сказал он,— иногда кажется, что моя семья – это реалити-шоу без сценария и режиссера. Вот только без зрителей.
Дед Егор слушал внимательно.
А Шпулька тихо положила голову на колени Николая – такой жест поддержки лучше любых слов. В этот момент Николай вспомнил анекдот про мужа и жену:
«Жена говорит мужу:
— Ты меня совсем не слушаешь!
Муж отвечает:
— Конечно слушаю… Слушаю музыку.»
Только вот музыка семейных отношений порой звучит так фальшиво, что хочется срочно выключить радио жизни и нажать кнопку «стоп».
Но тут дед Егор неожиданно сказал мудрую вещь:
— Знаешь Коля, я тоже когда-то думал уйти от всех этих шумов. Но потом понял: даже самый громкий крик семьи – это всё равно лучше одиночества.