Я всегда любила декабрь. Наверное, это звучит странно — любить самый холодный месяц года, когда ветра так сильно стягивают город ледяными кольцами, что кажется: даже воздух хрустит.
Представьте себе: идёшь по улице, а под ногами не просто снег, а настоящие снежные хлопья с хрустом, словно ходишь по упаковочной бумаге из детства. Но для меня декабрь — это не про мороз и ветер, а про запах мандаринов из детства и шершавые коробочки с ёлочными игрушками, которые мама доставала с верхних полок шкафов. Мамин голос и её тихий смех были теплее любого пледа в самые лютые холода. Помню, как она умела находить свет даже там, где казалось, что его давно нет — наверное, это был её секретный рецепт счастья.
Как-то я спросила у мамы: «Почему ты всегда улыбаешься?» Она ответила: «Потому что улыбка — это бесплатное отопление души». Вот так и жил наш декабрь — в тепле мандаринов и маминой улыбки.
В то холодное утро я возвращалась домой после рабочей смены – уставшая до состояния «дайте мне хотя бы минуту на диване», но удивительно спокойная. Мороз бил по лицу так, что казалось: если долго стоять на улице – станешь живым сосулькой.
Решила зайти на заправку за кофе – не потому что без него никак, а просто чтобы согреть руки и немного побыть в тишине между жизненными баталиями. В голове крутились мысли о работе, детях и бесконечной ответственности – иногда кажется, будто жизнь устроена как вечное совещание без перерывов на обед.
И тут произошло то самое маленькое чудо судьбы: за спиной послышался тонкий голос девочки.
Не жалобный и не просьба о помощи – наоборот, такой уверенный и взрослый для своих лет голосок заставил меня обернуться с недоумением. Девочка держала кулон — да не простой! Взгляд у неё был усталый – такой же усталости я видела когда-то в собственных глазах в двенадцать лет.
Тогда я прятала в кармане мамину записку и боялась смотреть людям в глаза — чтобы никто не увидел мою боль.
В ту секунду я увидела в этой девочке себя маленькую и потерянную; той самой девочку из прошлого, которая училась выживать быстрее чем жить полноценно. И вот тут случилось настоящее волшебство: я открыла кулон — а там фотография молодой женщины с доброй улыбкой… моей мамы!
Представьте себе комедию положений: я стою на морозе с таким кулоном в руках и понимаю – судьба решила сыграть со мной шутку или подарить подарок? А может быть всё вместе?
Мир вокруг словно замер на мгновение: передо мной была часть моего прошлого, сохранённая кем-то незнакомым… или очень знакомым сердцем? Я пыталась понять логику этого совпадения (а мозг мой устроен так же логично как кот при виде огурца), но чем больше думала — тем сильнее ощущала магию момента.
Поехали мы вместе к дому девочки — туда, где жила женщина с огромным сердцем Галина Викторовна. Домик старенький с покосившимися стенами напоминал декорации к фильму про советские зимы: старая печь дымит запахом тепла и лекарств одновременно.
В глазах бабушки было то же тепло с оттенком усталости – точно такое же я видела у своей мамы в последние годы её жизни.