Институтская сука или уроки этики

Кому нужна этика на юридическом факультете? Наверное, это самый ненужный предмет, но волею судьбы именно на нем и спотыкаются чаще студенты этого факультета. Кристина Сергеевна наоборот считает, что ее предмет самый важный, и гнобит студентов, как ни кто другой. Самое большое число отчисленных из-за ее предмета. Мужика хоть побить в подворотне можно знакомых поговорив, а на эту суку ни какой управы нет. Холодная педантная женщина, но достаточно красивая и с прекрасной зрелой фигурой для своих 39 лет. Даже многие преподаватели ее недолюбливали. Между собой студенты ее называли разведенкой, объясняя ее нрав именно тем фактом, что она без мужика. Иногда называли проще: Институтская сука. Пять лет как она рассталась с мужем, и одна воспитывала сына. Не смог ее долго вытерпеть супруг, эту стервозную высокомерную суку.

Она почти всегда надевала строгие костюмы, юбку до колен, блузу, редко распускала волосы. Формы были при ней, этого не отнять. Мало бы кто отказался поставить ее раком, и отомстить за всех студентов факультета. А еще посмотреть, если завалить ей за щеку, у нее такой же высокомерный вид будет и выражение лица?

Все шло своим чередом, студенты ее ненавидели, она периодически запарывала их на экзамене, жизнь продолжалась. Но в один прекрасный момент на первом курсе появился ее сын. Замечательный мальчик Виталик, правильный, этичный, без вредных привычек. В общем задроченый своей мамой. В школе его тоже дрочили, и буквально через пару месяцев взяли в оборот на факультете. Заодно отыгрывались на нем за его Мать. Он регулярно стал отдавать карманные деньги, потом заставляли таскать из дома, когда аппетиты возросли. Он пытался, конечно, сопротивляться, но был духом слаб, и ему хватало пары затрещин и угроз, как Виталик снова становился покладистым и податливым. Особо тяжело ему было в период сессий, доставалось и физически. В компании определили шестеркой, где он делал мелкие поручения и бегал в магазин за свои деньги. Тут же и было над кем поиздеваться. Мать дома начала устраивать ему экзекуции за пропавшие деньги и слабую успеваемость. Виталик только отмалчивался.

Со временем Виталиком заинтересовались более старшие ребята, которые привыкли вообще ни с кем не церемониться.
— Пока твоя Мать будет работать преподавателем, и дрочить студентов ты будешь искуплять вину за нее. Понятно!? Неси тогда рубли. — А так же, золото, видеомагнитофон, музыкальный цент, то есть, что в доме было. Дома конечно у Кристины Сергеевны был шок, она ни чего не могла понять, сын отмалчивался, говорил что продал, деньги нужны были, и получал от Матери. Кристина Сергеевна эти месяцы была сама не своя, не понимая, что происходит с сыном. На работу ходила раздраженная, перед сном начала пить успокоительное. Но после хорошей взбучки дома Виталик больше не осмеливался брать вещи и деньги.

Пришло время Виталику платить дань. Артур и Егор по привычке вызвали его с пары.
— Ну, что принес.
— Нет еще, у меня нету сейчас.
— У тебя и прошлый раз не было, что кинуть нас хочешь?
— Нет, правда же нет, честное слова. — Руки Виталика тряслись от страха.
— Через час будут? — Угрожающе спросил Артур. Виталик потупил взгляд в пол. Ему, правда, негде было брать. — Смотри, хуже себе делаешь. Ну, так что, чего молчишь? — Виталик был готов снять свою одежду и отдать парням, больше у него ни чего не было. Парни поняли, что он исчерпал себя, и много с него уже не получить. Пришлось поразмышлять, что делать дальше.

Кристина Сергеевна продолжала пить успокоительные, отходя от выходок сына. Ее мужененавистничество ни куда не делось, и продолжало проявляться в предвзятом отношении к студентам. Хотя новым «друзьям» Виталика был в достаточной мере безразличен сей факт. Интерес строился на материальной и финансовой выгодах.

Через пару дней снова навестили свою дойную корову. — Слушай, у нас к тебе дело есть. Хочешь, чтобы мы отстали от тебя раз и навсегда?
— Конечно, хочу. — Приободрился Виталик.
— У нас хобби одно есть. Мы фотографии интимные женщин собираем. Ну, там ножки, попки, груди. Нам нужно, чтоб ты помог. Плевое дело минут на двадцать. Слово «нет» мы не принимаем от тебя. Что скажешь?
— Хорошо. — А что еще мог ответить Виталик?
— Есть кто на примете из девушек, кто мог бы дать тебе сфотографировать свои прелести? Нам срочно нужно. — Торопили его парни.
— Даже не знаю. — Витя озадачился.
— Короче, нам без разницы, кто это будет, все равно нам только интимные места нужны, лицо фотографировать не надо. По фотографиям не определить кто, так что беспокоится нечего. И поскольку ты Виталик тугодум, мы тебе предложим сами. Вот, смотри, это легкие снотворные. В чай Маме перед сном бросишь, она до утра очень крепко спать будет. Понятно? — Артур протянул бутылек. — А вот телефон с камерой, на него и на фотаешь. Кстати, у тебя Мама, когда спать ложится?
— Часов в одиннадцать. — Виталик заволновался. — А зачем вам? — Спросил Витя, как будто сам еще не догадался.
— Да ты расслабься, что запереживал? Или дань нам носить хочешь? Делаешь, и мы отстаем. И выбора большого у тебя нет. Можем и на проценты тебя поставить. Ножки с попой сфотографируешь и все. Кто увидит, что это твоя Мама? Нам нужны эротические фото, а не она. А там, гуляй Вася. Больше от тебя ни чего не потребуется. Перед сном чай пить будете, ты одну таблеточку бросишь ей в кружку. Минут через сорок нам позвонишь, понял!?
— Вы обещаете, что отстанете от меня, и ни кто не узнает про фотографии? — В очередной раз поддался Витя.
— Конечно, какой разговор.

На следующий день перед самым сном Мамы Витя изъявил желание попить чай вместе, и сделал, как велели парни. Кристина Сергеевна выпила чайку с сильнодействующим снотворным, приняла душ и легла в постель в одной ночной рубашке. Через договоренное время Виталик позвонил Артуру со своего телефона. Тот велел надеть гарнитуру, чтоб удобней было разговаривать и фотографировать.
— Мама твоя уже крепко спит, так что пора начинать. Действуй Витя. — Сын зашел в спальню, потеребил слегка Мать, она крепко спала лежа на боку. Включил светильник, и убрал с нее одеяло. Через розовую ночнушку просвечивало Мамино зрелое взбитое тело, лишь животик слегка выпирал. Витя повернул ее на спину и задрал ночнушку, и сразу увидел аккуратно подстриженные волосы на лобке тонкой эстетической полоской. Член в штанах стал подпирать. Виталик раздвинул пошире в стороны ноги Мамы, и промеж широких бедер увидел ее писечку. — Ну, что ты там? — Услышал он голос Артура.
— Сейчас, минутку. — Виталик сильно волновался, его руки привычно тряслись, но поднести камеру и сфотографировать Мамину прелесть это не мешало. Фото отправил на вбитый единственный номер в телефоне. Продолжая с трепетом смотреть на Мамину промежность, на пухлые половые губки. Он чувствовал, как пахнет Мама, от чего возбуждался сильней. — Отправил.
— Молодец, получили. Ты только теперь пальцами раздвинь там, и сфотай. — Виталик прикоснулся пальцами к влажным Маминым половым губкам. Почувствовал их пухлость и приятную мягкость. Просунул пальцы глубже и раздвинул дырочку, после чего сделал пару снимков. Хорошо запечатлелись розовые внутренние стеночки влагалища Мамы. После по просьбе Артура Виталик подзадрал ее ноги вверх и сделал снимок попы, несколько снимков крупного плана раздвинутых ног и доступной писи. Кристина Сергеевна спала как убитая. Дальше Виталик переместился на грудь. Пришлось полностью стянуть ночнушку. Все фотографии Витя тут же отправлял Артуру, а он говорил, что нужно делать дальше. — У тебя, наверное, уже встал? Отправь-ка нам его фотографию. — У Виталика и вправду торчал, как металлический прут. — Слушай, ты его рядом к Маминой пизде приставь, и фотку нам отправь, чтоб чуть касался. Понял?
— Но мы так не договаривались. — Замямлил Витя.
— Блядь, ты, что споришь с нами. Мы же сказали, сделаешь как надо и гуляй Вася. — Долго парня уламывать не нужно было, он достал из штанов свой член, подстроился поудобней и ближе к Маминому влагалищу, и с большим трепетом и волнением прикоснулся головкой члена к половым губам Мамы. Сфотографировал и по просьбе ввел головку члена целиком. Витя чувствовал приятное соприкосновение головки с теплыми влажными стеночками влагалища. Ему сильно захотелось подвигаться в Маме, но Артур велел перейти на грудь. И вот, Витя уже снимает свой член промеж мясистых грудей Мамы, трется своим членом о них. Через пару минут головка члена Вити уже прикасается к Маминым губам. Виталик не забывает фотографировать и отправлять снимки ребятам. Сын приоткрывает ром спящей Маме и опускает в него головку. Еще одна фотография готова. Потом его просят завести член ей за щеку, через которую его выпирает. Тут Виталик понимает, что на фотографировал Мамино лицо и удачно отправил снимки. Легкая паника охватила парня, но по телефону его хвалили за отличные снимки и убеждали, чтоб он не беспокоился. — Хорошо Виталик, молодец. Теперь вернись еще к промежности, снимки повторить надо, те плохо получились. — Виталик снова приставил неимоверно напряженный член к Маминой дырочке и начал фотографировать. Вошел головкой, потом полностью, с опаской наблюдая, не проснется ли Мама, но она крепко спала. Таз непроизвольно задвигался. Витя начал входить и выходить из Мамы. Артур по его дыханию понял, что Виталик предсказуемо стал ебать Маму. — На видео сними еще, и все. Тело засними, грудь тоже. — Витя начал снимать процесс, при этом тяжело дыша и поглаживая ее грудь. Члену в Мамином влагалище было очень мягко, тепло и уютно. Он заснял движения в члена во влагалище, раздвинутые ноги, грудь и целиком Маму. Нажав на кнопку в телефоне, Виталик направил видео по нужному адресату. В наушниках послышалась похвала Артура. — Здорово, молодец, дальше сам развлекайся. — Телефонное соединение прервалось, Витя остался наедине с Мамой. Убрал телефоны, и осторожно лег на нее сверху, на ее пышную грудь, оказавшись лицом к ее лицу, которое выражало глубокий сон, а глаза даже и не думали открываться. Руки с волнительным трепетом и дрожью изучали Мамино тело, гладили бедра, талию, руки. Губы прикоснулись к ее губам, движения таза еле видные начали ускоряться. Руки взялись за ее плечи, и член уверенней и яростней начал проникать во влагалище. Приятное скольжение в Маминой дырке, это самый прекрасный опыт Виталика. Он забыл свои тревоги и переживания по поводу происходящего, потому что ни чего лучшего еще не испытывал в жизни до этого момента. Тяжело дыша и напрягаясь всем телом, он продолжал засаживать Мамке, как только мог глубоко. Темп нарастал, член становился все тверже и напряженней, входя женщине между раскинутых ног как в масло. Сквозь глубокий сон можно было заметить еле заметные переживания Мамы. Так казалось Виталику. Дело подходило к кульминации, Виталик закатил глаза, и мощной струей спермы выстрелил в матку, потом еще. Несколько сокращений ствола Вити и член потерял твердость. Витя обмяк на божественном зрелом Мамином теле. Немного полежав и восстановившись, вынул член, слез с нее, и не спеша, надев ночнушку на Мать, и накрыв одеялом, выключил свет и вышел из комнаты.
Кристина Сергеевна проспала на работу, не услышав будильника. С утра отпаивалась кофе, чтоб преодолеть дрему. Свое состояние она приписывала расшатанным нервам из-за сына, с которым было не все ладно, скорей всего в силу переходного возраста. На работе по поводу опоздания на две пары получила серьезный выговор. Что за период, почему все наперекосяк, может год такой, женщина не понимала, почему на нее сваливаются неприятности. Теперь еще и премии лишат.

Читайте еще историю:  Неожиданная находка. Часть 4

В следующий же вечер Виталик без чьих либо просьб снова растворил в Мамином чае снотворное, но мудреный опытом на этот раз пол таблетки.

Эффект был поразительным. Как и прошлый раз, он дождался, когда она уснет, зашел в спальню, включил светильник, скинул одеяло, задрал ночнушку и принялся изучать Маму. Раздвинул пошире ей бедра, снова почувствовал ее запах, и увидел красивые половые губы. Пальчиками с осторожностью стал дотрагиваться до этих привлекательных створочек. Пальчиком попробовал пройти вглубь почувствовав теплоту и нежность влагалища. Нащупал другим пальцем еще одну дырочку, более узкую и, наверное, ни кем не тронутую. Член торчал как кол. Виталик, недолго думая снял штаны и, взгромоздившись на спящую Мать, вошел в нее. Напрягая ягодицы синхронно с поступательными движениями начал двигаться напряженным членом во влагалище. Глаза его смотрели на Мамино лицо, на губы, на нос, на закрытые глаза. Поскольку доза снотворного была меньше тело женщины начало реагировать, стали появляться еле заметные движения. Витя даже испугался, но потом понял, что она не очнется, но ебать Маму, которая подает признаки жизни, оказалось гораздо приятней. Он чувствовал, как Мама двигает бедрами, рот слегка приоткрылся, зашевелились руки, голова повернулась на бок. Где-то глубоко она чувствовала телом происходящее. Сын как бобик с остервенением долбил Мамочку, пока не слил в ее щель порцию спермы. Уставший, он немного полежал на ней, отдохнув, привел все в порядок и пошел спать. Теперь сложно будет отвыкать от ее щели, проще достать снотворное. Утром растолкал Мать на работу, хотя она почти сама проснулась. Голова опять почему-то была тяжелой, и первую половину дня женщина была, как сама не своя, даже думалось с трудом. Про себя грешила на успокоительные, которые принимала.

Через три дня объявился Артур и попросил еще сделать снимков, так как не все получились удачными. Виталик немного по ломался, говорил об уговоре, что он и так сделал все, что мог. Артур сказал, что снимать качественней надо, тогда и с уговором проблем не будет. В общем, договорились на то, что будет это в последний раз. Снова пол таблетки в чай, выжидание, когда крепко уснет, подготовка Мамы к съемкам и несколько отправленных снимков.
— Молодец Витек. Слушай, открой дверь, кое о чем лично сказать надо. — Раздался в коридоре звонок. Витя даже побледнел, ему ни как не хотелось видеть Артура в своем доме. Быстро прикрыл Маму одеялом и пошел открывать входную дверь. К его неприятному удивлению, на пороге стояло четыре человека, Артур, Егор и два парня с его факультета. — Да мы ненадолго. Попроведаем и уйдем, и считай мы квиты. — Парни даже и не спрашивали, можно или нельзя входить, Виталик просто посторонился, пропуская их в дом. Все прошли на кухню, хозяин квартиры, молча вслед за ними. Сели за столик, достали пива, даже Виталику бутылку дали. — Что, спит Мамка? — Витя кивнул головой. — В спальне? — Снова кивнул. — Значит, не проснется. Ребята погуляйте, нам нужно с другом по душам поговорить. — Парни вышли. — Как я и обещал, после сегодняшнего вечера приставать к тебе не будем. А пока пивко пей, расслабляйся. — Артур держал Виталика минут двадцать, а тот все как то нервничал, спрашивал, — что ребята не идут? — А потом решил проверить. В зале их не было, на балконе тоже, зато из спальни Мамы доносились звуки.
— Мамочка. — Первое и единственное слово, которое произнес сын, когда вошел в спальню. Кристина Сергеевна лежала поперек кровати на спине абсолютно голая. Один из студентов удобно расположился, тоже голый, между раскинутых ног женщины, и методично всаживал свой кол в ее расщелину, придерживая руками за поясницу. Мамино тело чуть подрагивало от толчков. Ее голова находилась на краю кровати и свисала вниз, изгибаясь в шее к позвоночнику. В рот ее имел другой парень. Со стороны казалось, что он это делает бережно и аккуратно. Неторопливыми движениями он проникал членом почти до горла. Парень смаковал сам процесс, вход в ротик, скольжение по губам. Руками он держал ее голову, и продолжал упругим твердым членом иметь спящую женщину в рот. Хотя казалось, будто Кристина Сергеевна очень пьяна, или как будто в просоночном состоянии, подает признаки жизни, даже видны движения тела, но окончательно проснуться не может. Егор тем временем снимал все на телефон, и что еще успел заснять даже неизвестно. Неизвестно Виталику, конечно.
— Расслабься, все нормально, парни заслужили, она их на факультете имела. Хороший фильм получится, но не переживай, тебя это не коснется. А сука она классная, сам же пробовал. — Успокаивал Витю Артур, положа ему руку на плечо. — И, кстати, в твоих интересах никому ничего не говорить, особенно про нас. — Тем временем парни перекантовали Маму, поставив ничком к верху. Голова лежала на кровати, а зад на пятках согнутых ног. Проще сказать раком. Один из парней раздвинув ноги сел у ее изголовья, приподнял голову за волосы, и подстроившись торчащим членом в ее рот, опустил ее. Тот в аккурат и вошел куда следовало. Для лучшей фотогеничности положил ее руки себе на бедра, будто женщина приобнимает парня или держится. А руками начал поднимать и опускать голову ртом на член, будто она сосет, а он придерживает руками. Другой студент удобно подстроился сзади женщины, положил руки на большую упругую попу и ввел своего коня в разработанное влагалище. Член двигался легко и свободно, как будто был у себя дома. Проскальзывал по влажным стеночкам вагины вглубь и обратно. Стук таза о зад женщины рождал звуки шлепков, помимо которых в комнате были слышны стоны парня, который вот-вот должен был кончить. В самый пик возбуждения его руки жадно хватали попу, бедра зрелой женщины, гладили их, сжимали. Еще немного и, он стал спускать в женщину, как можно глубже засунув член. Член приятно чесался, когда из него извергалась сперма, заполняя женскую дырку. После окончания его место занял Егор, передав право съемки порнофильма. И крепко схватив женщину за талию начал ебать в ее влажную щель. Зад Кристины Сергеевны был просто отпадный, такую самку драть раком было одно удовольствие. Добротная округлая жопа приятной упругости, не то, что е молоденьких мокрощелок. У Виталика от возбуждения член просто трещал от напряжения. Картина происходящего сильно возбуждала его, Мамку драли и в хвост и в гриву. Она была податливой безвольной куклой для утех парней. Сын не мог оторваться, глядя, как Мамке засаживаю с двух сторон.
Ребята не стеснялись спускать женщине в рот и манду. Вдоволь на трахавшись, парни положили женщину на спину. — Ну что Витек, твоя Мать тебе и заканчивать. Допивай пивко и показывай класс, а то нам по домам пора расходиться. — Витя залпом опустошил бутылку, от которой как то сильно спьянился, снят футболку, штаны с трусами, и влез на свою Мать. Ее тело оказалось таким теплым, даже горячим, что он даже немного расслабился. Было от чего напрягаться, на него смотрели парни и снимали на телефон. Виталик поудобней расположился на Матери, раздвинув пошире ее стройные ноги. Осторожно ввел свой член меж половых губок и начал ебать. В Мамкиной манде сильно хлюпало от закачанной спермой парнями, но Вите это не мешало, он трудился как пчелка, гоняя свой конец туда сюда. Глаза становились все тяжелей, хотелось сильно спать. Виталик и не подозревал, что ему в пиво добавили снотворное. Он так и отключился лежа на Матери.

Читайте еще историю:  Фотограф

Пробуждение Кристины Сергеевны снова оказалось тяжелым, голова гудела, сплошной туман, в сознании безумные эротические сны сильно похожие на явь. К своему удивлению, открыв глаза, на себе она обнаружила спящего сына. Он лежал на ней абсолютно голый, придавливая Маму к кровати своим телом. Себя женщина обнаружила, как и Витю без одежды. Ноги распластаны широко в стороны, а между ними ныло. Чувства недоумения, злости и просто шок охватили Кристину Сергеевну. Но до конца она еще поверить не могла в то, что произошло на самом деле. Скинув с себя сына, первым делом проверила рукой между ног. Сперма была там, где и должна была быть, во влагалище. Сомнений не было, он ее изнасиловал. Ее как будто парализовало, такое даже в безумных фантазиях ей в голову не приходило. На полу и на шкафчике женщина увидела несколько бутылок пива, это хоть как то объясняло поведение сына, но трясти от злости и шока ее не перестало. — А ну, просыпайся мерзавец, сволочь. — Мать начала бить сына ладошками по лицу. Постепенно от ударов Витя начал приходить в себя. Сначала даже не понимал, что происходит, просто прикрывал лицо руками. Избиение продолжалось. — Как же ты мог, я же твоя Мать, что ты наделал. — У женщины явно была истерика. Часть памяти парня, как будто бы стерлось, только по тому, что он находится в спальне Матери на ее кровати обнаженный и Мама токая же, можно было догадаться как он облажался.
— Мама перестань, хватит, я не знаю, как это произошло, прекрати. — Защищался от ее выпадов Витя. Через пару минут страсти поутихли, и Кристина Сергеевна отправила сына из спальни, а сама пошла мыться.

На работу снова проспала, и решила совсем не ходить, позвонив и сказав, что сильно разболелась. С сыном состоялся серьезный разговор, тот оправдывался, говорил, что был пьян, и еще рассказал про снотворное. Мама сама догадалась, что не все чисто. Витя сказал, что это было всего второй раз, и пообещал, что больше такого не повториться. Все оставшиеся таблетки отдал Матери. На вопрос где взял, ответил, что купил в аптеке. Все это время дискуссии Мать была очень бледная, а Витя хотел провалиться сквозь землю от стыда. Теперь сына ожидали серьезные санкции в виде домашнего ареста, никаких карманных денег, друзей, и чтоб к Матери близко не подходил. Еще постоянная проверки личных вещей. Пора было всерьез браться за воспитание. Конечно, Кристина Сергеевна была в шоке и сильно деморализована. Сейчас малейшая неприятность могла выбить ее из колеи, в которой она и так с трудом держалась. Теперь в присутствии сына она даже в одежде чувствовала себя обнаженной, от чего сильно стыдилась.

Постепенно все начало вставать на свои места, Кристина Сергеевна продолжала читать лекции, Виталик кроме учебы никуда не ходил, отбывал наказание дома в своей комнате. Прошло недели три, началась сессия. Студенты с тревогой шли на зачеты и экзамены по этике. Кристина Сергеевна все так же была строга и непреклонна, многих отправляла на пересдачу.

В одном из потоков подходила к концу сдача экзаменов. На задних рядах сидел третикурсник Максимов, ждал, когда все ответят, чтоб подойти последним.
— Иди отвечать, что сидишь!? — Строго пригласила преподаватель. Парень не торопясь, чуть вальяжно подошел и сел напротив. — Номер билета?
— Десятый.
— Слушаю тебя.
— Я плохо его знаю. Может, вы сделаете мне скидку, я все-таки последний остался. — Поглядывая с легким вожделением то на грудь, то на губки Кристине Сергеевне, попросил студент.
— А может ты на пересдачу, с комиссией сразу отправишься? — Раздраженно ответила женщина.
— Не хочу вас расстраивать Кристина Сергеевна, но можно вам показать кое-что, надеюсь ваше решение изменится после этого. — Парень достал планшет, развернул к женщине, и начал демонстрировать фото. — Только вы сильно не переживайте, все может остаться в тайне. У Кристины Сергеевны все опустилось, руки и ноги стали ватными. На экране появлялись фотографии с ее обнаженным телом, на одной во рту у нее член сына, как догадалась женщина, тут же оттопырена щека, за которой все тот же инструмент. На других фотографиях она же с раздвинутыми ногами, и как ей стало понятно, ее имеет собственный сын, хорошо видно как введен член в ее влагалище.
— Да, ты у меня в три секунды вылетишь из института. Где достал эти фотографии? — Женщину трясло, она едва себя сдерживала.
— Попробуйте, пусть все узнают, как вы с сынишкой развлекаетесь, или я все-таки оставлю все в тайне.
— Мерзавец. — Кристина Сергеевна трясущимися руками взяла зачетку и наскребла удовлетворительно. — Держи, больше не поставлю, и не вздумай никому показывать.
— Хорошо, как скажите, привет Виталику. — Парень довольный вышел из аудитории. Женщина еще долго оставалась на месте, глядя в одну точку, полностью морально разбитая.

Дома Виталика ждала экзекуция. Сильный страха перед Матерью и парнями не давал рассказать ему всю правду. Снова пришлось врать, что его телефон вытащили, а там и фото нашли, которые он для себя сделал. Клялся всем, чем мог, даже собственной жизнью. Думал только о том, когда же этот кошмар прекратится. Мать понимала, что фотографии могут разойтись по всему институту, если уже не разошлись. Нужно было срочно менять место работы. Только вот сессию закрыть.
Всю неделю ей казалось, что с нее студенты глаз не сводят, будто каждый видел фотографии. Вообще Кристине Сергеевне казалось, что она по коридорам института голая ходит, как будто совсем одежды на ней нет. Зачеты и экзамены проставляла легко первый раз в жизни, ни кого не отправляя на пересдачу. Между тем объявился еще один персонаж в этой истории, появился он в пятнице вечером на пороге квартиры Кристины Сергеевны. Это был мужчина лет сорока пяти, побрит, подстрижен, в обычной ни чем не запоминающейся одежде, брюки, куртка, черные ботинки. Чем-то походил на таксиста. Это был старший товарищ Артура и компании, если так можно сказать, который, как и они, нигде не работал, а пытался добывать деньги иными способами.
— Здравствуйте, я Петр Семенович Тарасов, отец Саши Тарасова.
— Здравствуйте Петр Семенович, чем могу помочь? — Женщина встретила гостя в домашнем халате.
— Вы помните моего сына? Вы его два года назад отчислили.
— Мало ли кто был отчислен, может внешне и помню. А что случилось? — Взволнованно спросила Кристина Сергеевна.
— Может, дадите мне присесть, так удобней говорить будет. — Предложил мужчина.
— Пройдемте на кухню.
— Мой сын недавно признался, что вы его шантажировали. И я ему поверил.
— Это ложь, мне незачем шантажировать кого либо. И с какой целью? — С уверенным видом ответила женщина, хотя еле видно заерзала своим задом на стуле.
— Он мне дал пищи для размышления, и подтвердили еще пару отчисленных ребят, что вы и их шантажировали.
— Это просто бред, на каких основаниях вы мне это предъявляете. — Тон Кристины Сергеевны повысился, голос задрожал.
— Поймите меня правильно, я не хочу вас обвинять, может и правда недоразумение, и тогда я перед вами извинюсь, но просто так дело я оставить не могу. Как ни как это судьба моего сына.
— Но это просто неслыханная ложь, этого не может быть. — Разволновалась женщина. Она снова думала о своих фотографиях с сыном.
— Или уголовная ответственность. Но надеюсь что это не так. Может нам и с моим сыном вместе побеседовать, тогда все прояснится, и если он врет, то я это увижу. Тогда и в полицию заявлять не придется. — Спокойным голосом говорил мужчина. Параллельно он думал о том, какая телка может достаться ему сегодня. Сильно уж хотелось опробовать эту опрятную суку, от которой приятно пахло. Мысленно он уже гонял своего лысого у нее в отверстии между ног.
— Хорошо, где ваш сын? — Женщина старалась держаться спокойно.
— Он дома сейчас. Может закончим поскорей это, надеюсь, недоразумение. Я на машине, давайте проедем до нас, и я вас отвезу обратно после разрешения ситуации, чтоб навсегда ее забыть. — Краем глаза он видел, как из чуть распахнутого халатика на ноге красуется гладкое упругое бедро.
— Я сейчас оденусь, подождите. — Кристина Сергеевна пошла одеваться. Мужчина, настолько был спокоен и уравновешен, а говорил так правдиво и естественно, что мысли посмотреть паспорт, или просто усомниться в ситуации не было даже помысла. Подозрения вызывали возможные фотографии, которые заполучил малолетний мерзавец, и в качестве мести хочет дискредитировать женщину. Хотелось быстро вывести подлеца на чистую воду и вернуться домой.

Читайте еще историю:  Инцест с сестрой

Кристина Сергеевна в своей комнате быстро сняла халат и надела наспех черную юбку и красную блузу. Торопилась, от того и лифчик не стала искать.

В коридоре она накинула длинный плащ и надела черные туфли на каблуке.

Вместе с Петром Семеновичем села в машину, и они поехали. От переживаний женщина всю дорогу кусала губы. Ехала молча, только мужчина все говорил о дипломе сына, о потраченных деньгах. Дорога и в правду оказалась не долгой, около десяти минут езды. Поднялись на лифте на десятый этаж в специально снятую квартиру для этой встречи.

В комнате их ждали, тот самый Саша, которого она сразу вспомнила. По ее мнению обычный бездарь рано или поздно самостоятельно, без ее помощи мог бы вылететь из института. И еще один ею отчисленный, Рома Романов, его она тоже хорошо помнила. Артур только двоих смог уговорить на запланированный сюжет. Парни сидели на диване, а мужчина и Кристина Сергеевна расселись по креслам. Плащ она сняла в прихожей. Женщине как-то стало не по себе, зачем она поехала, неизвестно куда!? Ребята слегка волновались, первый раз участвовали в подобной афере. Но многого от них не требовалось, просто держаться своей позиции.
— Делись сын, как был отчислен. — Спросил Петр Семенович.
— Она мне, как я уже Папа тебе говорил, угрожала отчислением, если я не начну индивидуально с ней заниматься дома.
— Чушь. — Возразила женщина.
— Продолжай сынок. Чем?
— Сказала, что подтягивать по этике будет. А сама склонила к интимной связи. Я после этого больше к ней не приходил, и она отчислила меня.
— Вздор! Саша, о чем ты говоришь? Ты сам-то в это веришь? — Кристина Сергеевна закрутилась на стуле. Снова тело охватило сильное волнение.
— И мне такое же предлагала. — Воскликнул Роман.
— Заставила, чтоб я ее по-собачьи имел. — Добавил Саша.
— И ко мне в штаны пыталась залезть. — Снова встрял Рома.
— Да, что вы говорите, как вам не стыдно. — Женщина начала теряться в мыслях от волнения.
— Ты так со многими поступала, у нас много свидетелей. Понятно? — Давил Рома.
— У нас доказательства есть, к чему вы студентов склоняете. — Продолжил атаку Саша.
— Нет у вас ни чего, это блеф. — Чуть ли ни криком ответила Кристина Сергеевна.
— У нас Папа видео есть, мы покажем сейчас.
— Давайте. И вам Кристина Сергеевна нужно будет посмотреть, чтоб невинную из себя не строить. — Парни достали планшет и развернули так, чтобы Женщина сама все увидела. По мере просмотра, она, то потела, то ее бросало в холод. Губы подрагивали, руками она от напряжения крепко юбку.

На видео ее по очереди имели студенты с потока, на котором она преподавала. Происходило все на ее же кровати. Видео было сделано урезками, показывалось самое главное. Вот она ничком, и ее шпилят что есть мочи. На другом кадре сверху на ней, между раздвинутых широких бедер расположился парень и старательно работает тазом. В близком ракурсе отчетливо видно, как твердый член двигается в ее влагалище, скользя меж половых губ. От толчков ее тело содрогается, глаза прикрыты, толком не понять от удовольствия или просто пьяна. Кристина Сергеевна пару раз пыталась закрыть руками лицо, но некогда деликатный мужчина грубо силой опускал их. — Смотри на себя, как ты студентов используешь. Больше тебе врать не придется.
— Это недоразумение. Я не помню. Меня использовали. Я спала. Можно все объяснить. Я это первый раз вижу. — Женщина, безразборно говорила, оправдываясь первыми попавшимися словами.
— Теперь не будешь над студентами издеваться извращенка. — Произнес Рама.
— Да, что вы такое говорите. Я ни чего не понимаю. — У Кристины Сергеевны начиналась паника. — Выключите это, пожалуйста. Я ни кого не принуждала.
— А что мы сами себя отчисляли? — Продолжил давить Саша.
— То есть по обоюдному согласию? — Спросил Петр Семенович женщину.
— Нет, я не знаю, не помню. — Чуть ли не рыдая, отвечала она.
— Вами прокуратура займется. Вы понимаете, что надолго сядете? — Продолжил мужчина.
— У нас десяток свидетелей, тех, кого вы к интиму склоняли. — Вставил Саша.
— Мы уже и заявление подготовили, оставалось вас на чистую воду вывести. — Добавил Рома.
— Я не склоняла. — Уже рыдая, произнесла Кристина Сергеевна, погружаясь в стыд и позор.
— Значит сами? Сами? Признавайся, сами или принуждала? — Додавливал полностью деморализованную женщину Петр Семенович.
— Я не знаю. Сами, — произнесла та. На видео тем временем ее сзади смачно имел студент, размашистыми движениями таза вгоняя в нее свой член, со специфическим звуком шлепков.
— Значит сами? А кто отказывался, отчисляла? — Продолжал мужчина.
— Нет.
— Как нет? Вот же они сидят. Понимаешь, сколько светит тебе? Отчисляла или нет? Признаешься? Отчислила?
— Да, отчислила. Я не хотела, они плохо учились. — Некогда гордая женщина умывалась слезами.
— Она еще мне татуировку бабочки все показывала на попе ближе к промежности. — Вставил Саша.
— Неправда, нет у меня татуировок. Правду говорю.
— Снова врешь? С татуировкой точно не отвертишься, многим наверное показывала!? — продолжалось давление.
— Нет, честно. Клянусь вам. Нет ни какой бабочки. — Умоляюще произнесла женщина.
— Думаешь, сын мне врет? Пока что, только ты врала.
— Клянусь, нет ни какой татуировки.
— Это может поменять дело, но если есть, мы прямо сегодня заявление подадим.
— Правда, нет. — Чуть успокоившись, произнесла Кристина Сергеевна.
— Кто проверять будет, следственная экспертиза или мне посмотреть? — Жестко спросил Петр Семенович.
— Я так не могу. — Ноющим голосом произнесла женщина, прикрывая лицо руками.
— Я долго уговаривать не буду. Ты быстро по статье пойдешь, с такими записями про татуировки спрашивать не будут. Пошли тет-а-тет поговорим, ребята сидите здесь. — Мужчина повел ее в другую комнату, где у стены располагалась, а с другой стороны пара кресел. — Ладно, стесняться нечего, где там твоя татуировка?
— У меня ее нет. — Стоя зажавшись посреди комнаты, произнесла женщина.
— Ну, так показывай, что ее у тебя нет.
— Как? — Робко произнесла Кристина Сергеевна.
— Спиной повернись, юбку приподними. Я что ли должен это делать? Это же ты пацанам свои прелести любишь показывать. — Грубо ответил Петр Семенович. Женщина начала медленно поворачиваться спиной, нехотя стала натягивать черную юбку вверх, постепенно оголяя свои ножки. Край юбки продолжил подниматься выше, оголяя упругую выпячивающую попу. Наконец-то привлекательная женская часть оголилась. На Кристине Сергеевне красовались белые шелковые трусики, врезавшиеся между ягодиц. Стройные ноги, чуть расставленные в стороны, эффектно смотрелись в туфлях на высоких каблуках. — Вперед нагнись, видно плохо. — Кристина Сергеевна наклонилась корпусом вперед, оставаясь на прямых ногах. Ее попа приняла еще более привлекательный вид.
— Вот видите, ничего нет. — Произнесла женщина.
— Это мы еще посмотрим. Трусики приспусти.
— Но и так же видно, что нет татуировки. — Противилась женщина, но руки по приказу уже опускали трусики вниз, до бедер.
— Так. — Произнес Петр Семенович, подходя ближе. Одной рукой он взялся за талию, другой рукой приставил к ее половым губам уже вынутый твердый член с набухшей головкой, и без каких либо прелюдий вошел в даму. Та было, приподнялась от неожиданности, при этом громко вскрикнув, но мужчина уверенно взяв женщину за шею, поставил обратно в позу раком. Другой рукой продолжал придерживать, чтоб она не соскочила.
— О, прекратите немедленно, я не такая. Что вы делаете? — Завозмущалась Кристина Сергеевна. — Я серьезная женщина. Перестаньте. Ой! А-а-а! — Раком говорить было неудобно, и методичные быстрые толчки делали речь женщины прерывистой.
— Что хотела, то и получила. Это тебе урок. Мы тебя здесь проучим. — Мужчина для удобства подбил пошире ножки женщины, и продолжал методично всаживать член в ее пизду. Он приятно скользил в ее щели, заходя туда во всю длину. Округлый зад, на который методично натыкался тазом Петр Семенович, приятно подрагивал. Женщина, крепко удерживаемая руками в поставленной позе, не смела даже сопротивляться, принимая ситуацию как должную, и принимая в себя крупный член, который по-свойски, раз за разом входил в нее. Между ножек становилось очень горячо. Кристина Сергеевна отметила для себя, что возбуждается, от чего стало еще более стыдно.
— Вы поймите. О-о-о! Это глупое недоразумение. Ой! Господи! Меня подставили! О-о-о! — Пыталась объясниться женщина, продолжающая стоять в позе.
— Да, замолчи уже. — Прикрикнул Петр Семенович, продолжая драть ее как суку. Член все быстрее двигался в ней, продолжая возбуждать не желающую того Кристину Сергеевну. Ее влагалище стало очень влажным, что отметил Петр Семенович. Ебать опрятную самку было одно удовольствие. Упругий, приятной мягкости зад, из-за позы в которой стояла Кристина Сергеевна, принимал очень приятную форму. В мышцах влагалища ушло напряжение, оно расслабилось, раскрыло свои лепестки, и тоже приятно принимало в себя мужской болт, который скользил по стенкам влагалища в самую глубину, возвращаясь и направляясь обратно. Женщина подпримолкла и только слегка постанывала, вынужденно по

Оставьте комментарий